Братья Корниловы — петербургский частный фарфор XIX — начала XX века, не гжельский куст и не кузнецовский вал. Завод работает в столице, целится в купеческий и великосветский стол, получает звание поставщика двора и оставляет одно из самых «говорящих» русских клейм: орёл и строка «ВЪ С. ПЕТЕРБУРГѢ / БРАТЬЕВЪ КОРНИЛОВЫХЪ». Ниже — история по этим периодам, затем каталог клейм по годам.
Орлов на русском фарфоре несколько. Кузнецов пишет «Т-ва М. С. Кузнецова» и литеру фабрики. ИФЗ ставит вензель императора. Корниловы — Петербург и фамилия братьев. Если орёл есть, а строки «КОРНИЛОВЫХЪ» нет, это не их завод.
1835: петербургская мануфактура
Середина XIX века
1835 — 1861 годаФарфоровое производство ведёт начало от 1835 года: мануфактуру в Санкт-Петербурге организует купчиха Мария Васильевна Корнилова, дальше ею правят сыновья. Это другой адрес, чем Дулёво или Горбуново: столичный двор, импортный вкус, конкуренция с ИФЗ не по казённому заказу, а по частному столу. Ранние годы — поиск массы и живописцев; к середине века завод узнаваем по аккуратной позолоте и «петербургской» постановке декора.
Первые клейма — круговая надпись «Фабрики Братьевъ Корниловыхъ въ С. Петербургѣ» и вдавленные литеры Б.К. / БР.К / БРКО. В 1839–1840 на овальном штампе появляется шлем Гермеса; к 1840-му он сходит. С 1843 года, после права на государственный герб, на донышке закрепляется двуглавый орёл.
Поставщик двора. Елизавета Бём
Вторая половина XIX века — начало XX века
1861 — 1917 годаС середины века завод — поставщик двора. На донышке закрепляется орёл и столичная строка. Ассортимент шире дворцового: купеческий стол, экспорт, «русский стиль» на волне интереса к народному орнаменту.
Отдельная полка — тарелки по рисункам Елизаветы Бём. Неорусская вязь, девочка в сарафане, пословица или частушка на «пергаменте», бордо и золото по борту. Подпись «ЕЛИЗ. БЕМЪ» на зеркале не заменяет заводского клейма: смотрят орёл и «БРАТЬЕВЪ КОРНИЛОВЫХЪ».
Рядом — сырные доски, чайные пары, цветочный декор без «лубка». Столичный почерк: аккуратная позолота, плотное крытьё, не дулёвский размах и не гжельская глина.
1917 год: завод останавливается
Начало XX века
с 1917 годаВ 1914 году столицу переименовывают: на ленте появляется ПЕТРОГРАДЪ. Экспорт шёл раньше и идёт дальше под латиницей Kornilow Bros, «Made in Russia», иногда с медведем и маркой импортёра. Это вывозные партии, не «немецкий завод».
После 1917 года частный петербургский завод останавливается. Советского продолжения нет: формы не уходят на ЛФЗ, имя Корниловых с донышка не возвращается. Вещь с орлом и «БРАТЬЕВЪ КОРНИЛОВЫХЪ» — до революции, точка.
Путают чаще всего с кузнецовским орлом. У Кузнецова — «Т-ва М. С. Кузнецова» и литера фабрики. У Корниловых обязателен Петербург или Петроград и фамилия братьев.
Клейма братьев Корниловых по годам
Сначала смотрят, есть ли Петербург и фамилия братьев, потом орёл, потом язык штампа: кириллица или латиница. Нажмите на фото для увеличения.
Клейма 1835–1861 года. Без орла и ранний герб
Круговая подпись фабрики, вдавленные литеры Б.К., овальный штамп со шлемом Гермеса (1839–1840) и без него (1840–1861). С 1843 рядом появляется красный герб России. Ранние знаки на рынке редки и часто затёрты.
Сводная таблица ранних марок. Нажмите на фото, чтобы увеличить.
Клейма поставщика двора. 1861–1914
«Полный» столичный знак: двуглавый орёл, лента «ВЪ С. ПЕТЕРБУРГѢ», строка «БРАТЬЕВЪ КОРНИЛОВЫХЪ». Штамп бывает синим, зелёным, красным, иногда двухцветным — орёл и лента разными красками. Это не кузнецовское «Т-ва … Д. Ф.»: у Корниловых обязателен Петербург.
Орёл и поясной штамп «Заводъ братьевъ Корниловыхъ». Нажмите на фото для увеличения.
Клейма 1914–1917 и экспорт
После переименования столицы на ленте появляется ПЕТРОГРАДЪ вместо «С. Петербургѣ». Экспорт шёл под латиницей: Kornilow / Kornilov Bros, «Made in Russia», иногда рядом медведь с табличкой J.H.V. и штамп американского импортёра. Латиница не делает вещь «не русской» — наоборот, часто говорит о вывозной партии.
Петроградский орёл и экспортный штамп. Нажмите на фото для увеличения.
Корниловские формы не тиражируют ЛФЗ. Вещь с орлом и «БРАТЬЕВЪ КОРНИЛОВЫХЪ» — до 1917 года, точка. «Корниловы 1960-х» на рынке — фантазия. Рецепты красок после закрытия завода Попова как раз ушли к Корниловым: отсюда путаница колорита, которую разбирают по клейму, а не по «похожему каштановому фону».



